Свобода интернета в Кыргызстане

Зона доступа. Какие законы регулируют интернет в Кыргызстане и зачем нам киберцензура

В Кыргызстане не раз пытались ввести в законодательство понятие «интернет» и приравнять онлайн-издания к СМИ, но пока попытки не увенчались успехом. Одни считают, что регулирование интернета только еще больше запутает правовое поле. Другие уверены, что в законах не хватает понятия “киберпреступление”.

Если взглянуть на государства, где интернет пространство наиболее свободно, то в этих странах нет четкого законодательства регулирующего Сеть, напротив – действуют законы об информационном убежище для веб-ресурсов, публикующих секретную информацию в свободном доступе.

В отличие, например, от Казахстана, где все веб-ресурсы признаны СМИ, а, чтобы оставлять комментарии на сайтах, необходимо заключать с ними договор. А до конца этого года власти страны планируют внедрить автоматизированную систему контроля интернета.

>> Веб-констебли, сбор информации и СОРМ. Как регулируют интернет в мире

Международное законодательство оговаривает свободу интернета и призывает страны отказаться от перехвата личной информации и воздержаться от блокирования сайтов. Национальное – отстает. Сейчас в Кыргызстане все онлайн отношения регулируются точно также и точно теми же законами, что и оффлайн.

Только без критики

Законопроект Дастана Бакешева о штрафе в 20 тысяч сомов за необоснованную критику еще на рассмотрении парламента и весьма одобрительно принимается депутатами на комитетах. Однако в обществе такую инициативу восприняли куда как более негативно.

«Первые фундаментальные права любого гражданина — это свобода слова и свобода выражения своих мыслей. Если есть критика, то ее можно высказывать и писать личные суждения. А проблема заботы о своем имидже полностью должна лежать на самих чиновниках. Это они должны думать, как бы их не уличили в чем-либо»,-  считает Рита Карасартова, гражданская активистка и директор ОО «Институт общественного анализа».

Критика чиновников

Поддерживает ее и Нурбек Токтакунов, адвокат и директор ОО «Партнерская группа «Прецедент».

«Если речь идет о высших должностных лицах, публичных политиках, людей, от морального образа которых зависит судьба многих – президент, премьер-министр, депутаты – это люди, от которых много что зависит в нашей стране. Поэтому они должны быть предельно терпеливы к любой критике, даже к клевете», – говорит Токтакунов.

Позиция международных судов по правам человека однозначна: высокопоставленным лицам, надлежит мириться с большей степенью критики в свой адрес, так как они осмысленно идут на то, что все их слова и дела окажутся в поле внимания и интереса других граждан. В одном из своих решений Европейский суд по правам человека подтвердил, что политикам следует терпеть не только едкую критику, но и жесткие высказывания.

>> Будущее интернета в Кыргызстане, или Почему блокировки — не панацея

>> Что такое персональные данные и как не дать их заполучить

Частная жизнь

Законодательство Кыргызстана предусматривает наказание за нарушение права на неприкосновенность частной жизни, но не определяет какая именно информация относится к этому понятию. Половая принадлежность, образ мыслей, мировоззрение, сексуальная жизнь – список можно продолжать. Но именно гражданин решает, какие именно сведения относятся к его частной жизни и являются неприкосновенными, а уже суд признает либо не признает их таковыми.

Другой вопрос должна ли отличаться частная жизнь чиновников и обычных граждан. Международное право признает, что уровень защиты частной жизни «публичных фигур» ниже уровня защиты частных лиц. То есть лица, участвующие в публичной политике или занимающие высокие посты, имеют равные права на защиту своей частной жизни, кроме тех случаев, когда их частная жизнь затрагивает общественные интересы или, когда факты их личной жизни позволяют обществу судить о способности данных лиц выполнять свои гражданские обязанности.

«Чем выше человек во властной иерархии, тем меньше у него частной жизни. У президента, например, даже тайны на здоровье нет. Все мы должны знать, как здоровье президента, как он себя чувствует, что у него за диагноз», – считает адвокат Нурбек Токтакунов.

Процитируй меня

В 2015 году пленум Верховного суда постановил, что журналист обязан «всесторонне проверять распространяемую информацию и отвечать за каждое слово». Статья 26 Закона «О средствах массовой информации» прописывает случаи, когда СМИ не несут ответственности за распространение недостоверных сведений. И этот список весьма ограничен.

Как показывает практика, большинство исков против журналистов основаны на цитировании чьих-либо слов.

>> Лайк или дизлайк. Есть ли свобода интернета в Кыргызстане

В 1994 году Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) рассматривал дело «Йерсилд против Дании». Оно было возбуждено по факту показа телевизионного интервью журналиста с тремя членами расистской группы, которые сделали оскорбительные замечания об иммигрантах и этнических группах в Дании.

Суд указал, что «наказание журналистов за содействие в распространении заявлений, сделанных другим лицом в ходе интервью, могло бы серьёзно помешать средствам массовой информации вносить свой вклад в обсуждение проблем, представляющих общественный интерес, и не должно применяться, если только речь не идёт об особо серьёзных ситуациях».

Дэниэл Саймонс, специалист по вопросам права международной организации «АРТИКЛЬ 19», в пособии по свободе слова для стран Центральной Азии отмечает, что никто не должен привлекаться к ответственности за воспроизведение сказанного другими лицами, но при соблюдении трех условий:

  1. цитируемое было сказано в ходе обсуждения общественно-насущного вопроса
  2. лицо, повторившее чужие слова, воздержалось от собственного одобрения их
  3. всякий раз, когда кто-то передает слова иных лиц, ясно указывается, что эти слова изначально принадлежат кому-то другому

цитирование в СМИ

Интернет (не) равно СМИ?

При регистрации СМИ устанавливается предполагаемая территория и периодичность распространения информации, а также постоянное название. Однако применительно к интернету эти критерии не работают. В глобальной сети ни территориального ограничения, ни четкой периодичности, а сменить название – дело пяти минут.

Тот факт, что интернет-издания не являются средствами массовой информации, с одной стороны освобождает их от обязательной регистрации в таком качестве. Но с другой, создает возможность госструктурам для «фильтрации».

В 2011 году Центризбирком заявил, что информационные агентства по закону не могут принимать участие в агитации в предвыборной гонке, поскольку по закону не являются СМИ.

Однако практически невозможно установить четкие критерии того, какие интернет-ресурсы могут являться средствами массовой информации, а какие нет. Сначала пользователи заходили на сайты изданий, чтобы читать новости, потом переместились в соцсети, а теперь стремительно движутся в сторону мессенджеров.

>> Миллионные иски к СМИ. Слово за парламентом 

За и против

Мнения экспертов о том, нужно ли Кыргызстану законодательство регулирующее интернет разнятся.

По мнению адвоката Нурбека Токтакунова, придумывать специальное законодательство относительно интернета – это значит еще более запутывать правовое поле, а «еще более запутанное правовое поле – это как раз-таки инструмент избирательного применения закона и инструмент преследования».

Также абсолютно против этого гражданская активистка и директор ОО «Институт общественного анализа» Рита Карасартова. По ее словам, под попытками отдельных структур «обезопасить» интернет-пользователей скрыто нечто другое.

«До некоторых пор у нас, в принципе, не наблюдалось ущемления прав интернет- пользователей и интернет-изданий. Все обо всем писали довольно открыто. Но сейчас мы видим, что началась совершенно яростная борьба за то, чтобы нас немного ущемить. И все это прикрывается якобы информационной безопасностью. Такие неписанные законы позволяют соответствующим органам блокировать ненужные сайты и отслеживать неугодные посты, где-то даже запугивать», – уверена она.

 

В то же время экономист и глава Ассоциации Иностранных Инвесторов Искендер Шаршеев считает, что высказывания в интернете необходимо регулировать, поскольку самоцензура как отдельных пользователей, так и интернет-изданий не всегда присутствует.

«То, что не отстояли свободу слова – это плохо, но то, что регуляция для соцсетей и интернета нужна – это факт. У нас, видимо, когда несколько прецедентов произойдет, которые приведут к убийству, межнациональной, межрелигиозной розни через интернет, тогда, видимо, начнут издавать новые, более строгие законы, которые будут регулировать высказывания в интернете. Появится киберцензура определенная. Но в принципе, я считаю, что это правильно, потому что с одной стороны, регуляция – это плохо, но с другой стороны – там совсем уже безумные вещи начинались», – считает Шаршеев.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться

Добавить комментарий